Незаконченное путешествие Белого Парохода

…Сам художник называет свои листы “уникальной графикой” – в том смысле, что это не гравюра, не репродукционные, отпечатываемые с металлической пластины (офорт), с камня (литография), с деревянной плоскости (ксилография), с линолеума (линогравюра) оттиски на бумаге."Служба Времени"

Это не рисунки в чистом виде, это ближе к тому, что называют переходным, пограничным – между живописью и графикой – техниками к акварели и гуаши. Но Добыш не пользуется цветом – скорее обозначением цвета. Его техники – соус, бистр (сейчас почти не используемые, время их расцвета и применения – XVI-XVIII вв.) – краски тёмные, они делаются из древесной сажи и дают коричневый, чёрный и все оттенки этих цветов. Ещё в арсенале Добыша, как графика, воздух белого листа. И получаются изящные монохромные работы.

В некотором роде художник сам создаёт “обманки” : пером и кисточкой добивается впечатления офорта, акватинты, меццо-тинто (старинные техники гравюры на медной пластине, почти исчезнувшие к XIX в.). Все эти шероховатые поверхности, прихотливые узоры линий и чёрточек, вся эта бархотистость фактуры…

Современные художники любят обманы, видимости, подобия. Это всё называется сейчас модным словом “симулякры”. И наша обыденная жизнь в XX веке (не только жизнь в искусстве!) состоит в основном из проблемы различения видимости и подлинностей, ибо и то и другое любит рядиться в чужие одежды, меняться местами. Есть в этом карнавале что-то странное, если не сказать — страшное.

Итак, под видом графики репродукционной подаётся графика уникальная, т.е. существующая только в единственном экземпляре. Её нельзя тиражировать.

Впрочем, эту строгую стилизацию трудно сравнивать с симулякром: ведь свою уникальную графику Добыш стилизует под гравюру старинную: подражание репродукционной гравюре XVII-XVIII вв.

Но стилизация под старую технику, под “старинное” (классическое) искусство вообще, формальная стилизация, почти ушедшая ныне в небытие прекрасная кропотливая изощрённость, вдруг взрывается современным содержанием: деформация форм, изломы иронии. Всё не такое как в жизни, но всё узнаваемое. Бред? Галлюцинации? Сюрреализм?

“Ужель загедку разрешила, ужели слово найдено?” Да в этих листах много отсылок к сюрреализму, иногда просто откровенных цитат из Дали.

Но одним Дали всё не объяснишь. Фантазия, образность – ешё в стиле средневековых художников (как зачастую и композиции листов) и Босха. Во многих работах чувствуется пережитый опыт экспрессионизма.

Самое первое и бросающееся в глаза отличие от Дали: фигуратив полностью вытеснили предметы. Нет тел, лиц (лишь иногда маски). Второе отличие: работы не так просты и не так скандальны. В них нет “коллективного бессознательного”, певцом которого и был знаменитый художник и авантюрист. Работы Добыша не кричат, не орут. Здесь совсем  другой мир.

И нет психологического автоматизма – главного принципа сюрреалистов. Здесь подсознание фиксируется, но анализируется сознанием. Анализируется с помощью тех же самых “галлюцинаторных” предметов.

Помните, как боялись “подполья” ещё романтики: бедный Гойя, первооткрыватель всего этого – именно в графике! – помните предостерегал: “Сон разума рождает чудовищ”.

А современное искусство настолько освоилось с химерами воображения, что играет  сними, пытается их анализировать и даже – о Боже! – с их помощью пытается творить и мыслить.

Можно ли анализировать своё подсознание? Вопрос остался открытым ни психологи, ни художники на него не ответили пока. А вот можно ли мыслить с помощью образов подсознания? Это вопрос риторический для современного искусства, давно вооружившегося такими категориями как мысль, память, сон, словно художественными формами.

У Добыша есть достаточно устойчивый набор бредовых, галлюцинаторно-отстранённых вещей и предметов, которые в его “графическом театре” могут играть самые разные роли. Или его графику можно сопоставить с игрой в бисер – как она описана в романе Г.Гессе. Да, да, да, скорее, это не сюрреалистический, а магический театр. "Связанное время или лунный полдень Стоунхейджа"

Я бы сказала. что Добыш выстраивает с помощью “отстранённых” форм как бы лирическое стихотворение в виде графического листа. Об этом говорят названия работ: “Час перистых облаков”, “Тоска медленных капель”, ”Лёгкий ночной бриз”… Кстати, названия, написаны пёрышком каллиграфическим (опять под старинный!) почерком на белом паспарту, органично включены в образ, создаваемый графическим листом, – примерно так, как названия в лирических стихотворениях.

Иногда листы собираются в серии: “Пластилиновая Империя”, “Народные гуляния”, “Кругосветное Путешествие Белого Парохода”. Получаются поэмы.Каждая работа серии имеет и своё название, значима и сама по себе, но является как бы главой поэмы.

Отдельные работы посвящены прежде всего проблеме времени и как бы иллюстрируют то медитативное состояние, при котором время как объективная категория переходит во время внутреннего состояния человека.

Пейзаж или натюрморт оказываются портретом душевного состояния. Этот трепет духовной жизни, который ощущается в работах, иногда заслоняется налётом книжной иронии, что присутствует и в названиях.

Типичный пример — “Психодалический пейзаж на тему фантазий Парацельса. Парабиоз №6”. (Психодалический – это от Дали?) А парабиоз – как рифма с Парацельсом? Вообще парабиоз – состояние переселения, перехода души и тел, редчайшее, феноменальнейшее явление, всего несколько случаев которого зафиксировано на сегодняшний день.

Некая наукообразность графических листов – почему бы и нет? Позволял же себе Томас Манн длиннейшие рассуждения о живой и неживой материи? А сколько у него, кстати, размышлений о времени! И как хороши у него эти чудесные куски!

Есть какое-то неуловимое сходство между филолого-философскими размышлениями (интродукциями – в смысле разработанных, законченных вставок внутри произведения) и графическим философствованием Евгения Добыша.

Спросите: как всё это возможно в русской современной провинции? Не слишком ли такое сопоставление – аж с Т. Манном? А почему бы и нет?

Любое внутреннее состояние, размышление , медитация – всё оказалось выраженным и одушевлённым с помощью домашних, обыденных, но “галлюцинаторно-отстранённых” и несколько дефомированных предметов. Арбуз в клетку, стена, картина- аквариум, февральский дождь, рыбный день – четверг – всё это получило возможность выразить человеческую тоску или радость, состояние философствования или состояние эйфории.

И потом вот этот страшный цикл о цене мировой гармонии — “Насильственное равновесие”. И эта “Метафизика Кровати”: мистерии сна, рождения, любви и смерти.

Да, из всего круга возникающих ассоциаций ассоциация с размышляющей, на всё отвечающей прозой Т.Манна оказывается самой устойчивой. Это одушевление, очеловечивание вещей в серии “Пластилиновая Империя”. О, эти метаморфозы жизни!

Серия “Народные гуляния”; тоска постмодернизма: нет возможности войти в фольклор, это замкнутый и почти сломанный мир. А когда-то он дал жизнь и всегда питал творчество М. Шагала, тоже писавшего в живописи и графике – лирические стихи. Иное время – иные стихи, иные образы. Ирония, скепсис. тоска. И лирика, лирика. Пусть даже это немного книжно – всё простительно за искренность и философствование в стиле Т.Манна."Вечерний вид на Эйфелеву башню с края кукурузного поля"

И , наконец, “Кругосветное Путешествие Белого Парохода”. Ты и мир – один на один. Путешествие пережитое в воображении, суть современного искусства, которое стремиться к переживанию произведения искусства как острого и опасного приключения. “Моду” на путешествия, предпринимаемые в мире фантазии и воображения, ввели французские поэты-символисты Ш. Бодлер (“Плавание”) и А.Рембо(“Пьяный корабль”). Но метафора жизни как опасного плавания родилась гораздо раньше. С тех пор, как человек научился плавать.

Уже в конце XIX века искусство перестало ходить по проторенным дорогам и пустилось в опасное плавание по морям экспериментов, где дороги могли привести как к невиданной удаче, так и к смерти.

Плавание героя Добыша – Белого Парохода – более комфортабельное и спокойное, чем у героя Рембо. Потому, что по натуре он не саморазрушитель, каких сейчас много, а созидатель и кабинетный учёный. Безграничный мир воображения, сквозь который увиден окружающий мир, раскладывается как сложный пасьянс и собирается медленно, тщательно, скрупулёзно. Воссоздаётся по крупицам, твориться заново.

Насколько счастливо это путешествие? Ответить можно будет лишь тогда, когда оно завершиться. А у Добыша оно только началось. В принципе итог всех этих странствий подвёл И.Бродский в своих “Пиллигримах”:

                  Мир останется лживым,                     

                  Мир останется вечным.

                  Может быть постижимым,

                  Но всё-таки бесконечным.

Так что такое графика Добыша? Игра? Да, игра. Праздник? Да, праздник! Несколько ироническое и лирическое по сути философское повествование? Искренняя исповедь почти как письмо другу – или шифр без ключа?

Всё это вместе и создаёт очарование графики Евгения Добыша на современном этапе. “Интродукция” его прекрасна. Остаётся ждать того, что следует за вступлением, введением, – основной части. Какой она будет основная часть его творчества?

                                                Светлана Левченко — искусствовед, Россия, г. Тула


.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

“Как этот мир велик в лучах рабочей лампы” (графика Евгения Добыша)

 

В Туле работы Евгения Добыша не нуждаются в “презентациии”. Да и сам он, коренной туляк, человек активный и деятельный, многим известен, причём в разных социальных “ролях”:

как педагог и автор оригинальных педагогических (как принято сейчас говорить) “концепций”, и как художник – график, вполне успешно экспонирующий свои работы на различных выставках (даже более чем успешно – 14 его работ приобрёл Тульский художественный музей).

У Евгения Добыша (мне труднее даётся официальная форма имени – привычнее “Женя”. И здесь не просто инерция давнего студенческого знакомства. Нет в Добыше унылой “взрослости”, нудной глубокомысленной серьёзности в отношении к себе и нет этого в его работах),

так вот, у Евгения Добыша – главы дружного семейства, внимательного отца и заботливого хозяина 3-х охотничьих собак, всё сложилось благополучно, и не к чему искать в его работах отзвука каких – нибудь бурных, пусть и внутренних “конфликтов”, душевных “катастроф”, сенсационного “переосмысления” прежней жизни.

 Его работы не рассчитаны на удар по восприятию, вообще на моментальный эффект, – здесь и скрыт секрет их обаяния. Но почему “скрыт”, – автор “выдаёт себя” манерой монохромной, изумительно-красивого коричневого тона графикой, безупречно- изящной.

И хотя я знаю что это не офорты, вообще не эстампы, а оригинальные вещи, выполненные в сложной технике, они ассоциируются именно с офортами, где в лист, вместе с тончайшими нюансами тона “впечатана” и скрупулёзная неторопливость его исполнения , и это спрессованная мера времени – основа неповторимой эстетики графики как вида искусства.

Кажется Добыш охотно продлевает такую аналогию, оформляя работы в белоснежные “музейные” паспорту, окаймлённые узкими чёрными рамками, совершенно не тревожась, что издали работы в них выглядят невыразительными пятнами.

Потому, что не имеет смысла смотреть их “издали”. Неудобно и стоя, как неудобно в трясущейся электричке читать хорошую книгу. И как любую настоящую графику, чьё первоначальное назначение – соседство её листа с книжным,

где его можно подробно и внимательно “рассматривать”, и сущность этого внимания соприродна чтению, – а смысл её в том, что образы не выданы сразу их ещё нужно воссоздать, “проявить” силой собственного (в ответ и унисон авторскому) воображения.

Женины работы и следует так внимательно “читать”, потому что если бросить на них взгляд быстрый и случайный, можно принять карнавальную маску сюрреалистической подачи, не слишком-то “старательно” одетую, за настоящее лицо его стиля, а значит и образного выражения мира.

И отстраниться в испуге, зная, на примере многочисленных и утомительно-однообразных эпигонов сюрреалистической “школы”, что если художник пользуется этой манерой всерьёз, то от него нечего и ждать, кроме бессмысленной компиляции символов “абсурдности” существования и вымученных из собственной пустоты дешёвых кошмаров “бытия подсознания”.

Но в том и дело, что для Добыша это лишь шуточная маска, ироничная игра с вполне нормальными “вещами мира”, не из какого-то мрачного “подсознания” не извлечённых, – а играет он с ними по вполне рациональным правилам, предписывающим вещам вступать в непривычные, но совершенно определённые отношения.

Особенно хорошо это видно в серии “Пластилиновая Империя”, где Женя ещё “составлял” и “примерял” “сюрные” маски вещам – артистам. Эта серия – довольно непритязательные “алхимические” фантазии о превращениях вещества предметов на подмостках обеденного стола.

Вот они, красивые, блестящие и тяжёлые нож и вилка, – безучастные к жизни и “оплодотворению” нежного мыльного пузыря неразбитым яйцом в “бокале времени” – песочных часах. Memento mori! – философия на салфетке. Или вот ещё капля – в “медленной тоске” парит в мировом эфире, покинув грязный, но родной стол. grafika-mylnyi-puzyr

Бунт — “клетчатого арбуза”, – жертвенно впившегося в ненавистную древесину долотом собственного сердца- “серёдки” и фрезой лучшей, наверное, дольки. Рыбы, уже наколотые на вилки в гербарии багета, – жалкие остатки, когда-то полного ими, а теперь меланхолично-иссушённого “большого аквариума”. Каждый лист новеллка не без “морали”, зато технически – разнообразно и увлекательно нарисованная.

Но ради чего? К чему вообще нужен этот “театр на бумаге”? Тут же вспоминаешь высокомерные теории об “искусстве для искусства”, “притворстве, как последней реальности бытия” и прочие культурологические стереотипы, – но в случае Добыша они не “работают”, не подходят, нет замкнутого зазеркалья “чистой игры” в его тёплых (не только по цветовому строю) листах.

Скорее всего, за тем, чтобы отправиться в “Кругосветное путешествие”. Конечно путешествие! О чём мы ещё мечтали, подростками сидя над бесконечными томами Ж. Верна и М. Рида, о чём мечтают сейчас наши дети; где, как не в путешествии реальном (на плоту, велосипеде, пешком!) или придуманном (и тогда уже предела нет ни для мест, ни для “транспортных” средств!), человек и может сопоставить себя с миром.

Соотнести его и свой масштаб, его и свою природу; удивиться его беспредельности и своей косности; увидеть всё и себя иначе, – побывать Великаном, побывать Лилипутом, усомниться в том, что именно он “венец творения” в Стране гуингмов… и переживать приключения, не менее захватывающие оттого, что это приключения мысли, что путешественники — разум и воображение, что названы они – средоточия сознания, — “Белым пароходом”, что части света и его “чудеса” нарисованы на бумаге твоей собственной рукой.

Что за “приключения” могут происходить, если вещи нарисованы? Только метаморфозы их форм, взаиморасположений, размеров, что даётся им теперь (в поздней серии Добыша) совершенно непринуждённо. Как и автору тончайшая прорисовка загадочных и знакомых мест из атласа “мифологической” географии.

В роли Гуливера – пара очков – блюдечек. Но это вовсе не означает что человек “подменён” символом. Просто таково условие игры. Однако “очки” (может не Гулливера, а Паганеля) наделены таким обаятельным характером, открыты, как настоящий путешественник, любым неожиданностям, так стойко переносят самые фантастические “приключения” – метаморфозы, что невозможно им отказать в праве быть “альтер эго” художника.

Да он и сам ненавязчиво напоминает о себе монограммкой почти в каждом листе: то вышитой ришелье на салфетке с “Острова Пасхи”; то вгравированной в маятник замёрзшего времени в “Стоунхейдже”. А то так прямо и “удостоверяет” себя печаткой (а может и Печатью) в парном (хоть так он и не назван) портрете с женой “на фоне Пизанской башни”.

Добыш – повествователь исключительно добросовестный, не зря напрашивается сравнение с классикой приключенческого жанра – все “чудеса света” изображены подробно и документально: обе башни Пизанская и Эйфелева, камень с острова Пасхи и камни Стоунхейджа, пирамиды.

Мир — полон загадок –но рационально – нерушим, комедийные нелепости происходят не с ним, а с путешественником. И что особенно важно: каким бы “испытаниям” не подвергалось его сознание (оправа очков), – очень забавных кстати! – что бы не происходило с одним из окуляров, второе стекло всегда, адекватно видит окружающее.

Ему “доверено” изображения башен и пирамиды, – и они именно точны, – даже сквозь зыбкую призму жены – слезы; даже если стекло треснуло; даже ценой деформации драгоценной для очков полноты собственного круга. Изображения, правда, опрокинуты, но стоит вспомнить, что так-то мы на самом деле и видим, чтобы оценить его удвоенную точность.

Исключение составляет состояние зрения перед “Пупом Вселенной” на острове Пасхи, но тут уж неподсуден никто, не смея зреть Тайны неба и Соль земли, приготовленную как раз для завтрака в помятой старой солонке… с взгляда на которую может и началось – кто знает! – для художника “Кругосветное путешествие”."Пуп Вселенной" из серии "Кругосветное Путешествие Белого Парохода"

Но, повторю, чтобы и зрителю увидеть весь этот увлекательный, мастерски нарисованный мир, придётся отказаться от вернисажного быстрого взгляда на графические серии Добыша, как отказался и он от множества броских изобразительных средств, в том числе полностью  — от цвета, и что вроде никак уж не возможно для графика, – от жёсткого тонального контраста. Приглашая таким способом сегодняшнего зрителя, человека уже приученного видеть лишь то, что само лезет в глаза, ярко окрашено и быстро движется на дисплее, приблизиться к неброскому листу и заставить своё разленившееся воображение “вступить на корабль”, где происходит встреча Безбрежности мечты с предельностью морей”.

Это просто необходимо каждому из нас, зрителей, чтобы мы не превращались в “домашних животных”, поглощённых только комфортом быта, остолбенев перед наркотической подделкой бытия – телеэкраном, но сохраним лучшее в себе – изначально присущую человеку “юношескую” страсть к постижению мира, когда

                 Для отрока, в ночи глядящего эстампы,       

                За каждым валом даль, за каждой далью вал…

столь же необходимо это художнику. Для этого и существует искусство. Этим и существует.

 

Автор текста Ирена Белаш, Украина, г. Киев.

Каталог выставки — Е.Добыш, А.Власов, С. Брюхно, В. Королёв.

     Цитаты в тексте из стихов Ш. Бодлера “Плавание”,       пер. М Цветаева.


Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добро пожаловать в Будущее!

О символике книги Всеволода Татаринова «La Destreza de la Vida», Высокое Мастерство Жизни.

 

А теперь всё по порядочку. Добро пожаловать в Будущее! И Вы открываете дверь за которой другое измерение. Вы верите в существование параллельных миров? Хотя , верите Вы или нет от этого ничего не изменится. То, что их множество это абсолютная реальность, но об этом мы поговорим позже. Ведь договорились о символике, кстати говоря, это один из таких миров.

Так вот «Дверь». Женский символ. Один из древнейших архетипов. Содержащий огромный диапазон значений, и чрезвычайно важный символ во всех культурах. В значении символического отверстия, поскольку дверь даёт доступ в проём, её значение, таким образом, заключается в том, что противоположно стене. На биологическом уровне, этот символ наделялся оплодотворяющей силой, на духовном–означает «открытие» этого мира иному миру. Несомненно, важным является и форма этого проёма, отверстия. Круглое, прямоугольное – оно же квадратное, или же сочетание этих фигур. В символике это совмещение двух великих космических символов: неба (или круга) и земли (квадрата), в этом смысле земля есть материя и разум, небо это совершенство, вечность и дух. И так, открывая книгу Вы открываете Дверь. Вы ни когда не замечали что делаете одно и то же движение? Просто обложка это маленькая дверь… Мы открываем… И попадаем в другой мир. Или не попадаем, поскольку в двери есть Замок, символизирующий желание не допустить любой возможности перемен. Но если есть замок, то должен существовать и Ключ. Ключ является атрибутом многих мифических образов. Это символ мистических тайн и задач, требующих особого решения, а так же символ средств для исполнения заданного. В мифах и легендах три ключа обычно символизируют всевозможные тайники полные драгоценностей. Как правило первый – серебряный, означает то чего нужно достичь психологическими усилиями; второй – золотой, относится к философской мудрости; третий – наделяет силой действия.

Найти ключ, означает сделать шаг к поиску сокровищ, доступных лишь после перенесённых трудностей. В нашем случае ключ один и прочтение его таково – не старайтесь силою открыть того, что замкнуто. Символ предостерегает нас от слишком дерзкого исследования чудесных явлений природы и тайн человеческого бытия.

И то и другое закрыто от нас до определённых пор. В конечном счете, они откроются нам ключом Провидения. В нашем случае, посмотрите, к двери ведут три ступени. Лестница это ещё один древнейший архетип, широко распространённый в иконографии, абсолютно, во всём мире. Его главные идеи: восхождение, градация и связь между разными вертикальными уровнями. В целостном виде лестница соединяет три космические зоны: мир богов, мир людей и умерших, соответственно рай и ад. Причём её начало находится в среднем мире – на земле.

Лестница это космический архетип, который создаёт условия для коммуникации между мирами. Вспомните «лестницу Иакова», по которой сходят и восходят ангелы, в исламской традиции Мухаммед видел лестницу, по которой взбирались правоверные, чтобы достичь Бога. В египетской интерпретации ступенька – определяющий знак, в соответствии с которым происходит процесс восхождения. Осирис – бог отучивший людей от дикого образа жизни и обучивший их всем ремёслам, «он который стоит на верхней ступени». Здесь восхождение понимается как в материальном, так и в эволюционном и духовном смысле.

Во многих культурах лестница задаёт всю общественную иерархию: боги, люди и злые духи. Важно из какого материала: деревянная, каменная, верёвочная, железная, золотая.. В культовых постройках всех времён и народов, по всему миру лестница — основа основ. Её символическое значение основано на том, что восхождение – благо: счастливая судьба, знание, святость, добродетель, богатство, стремление, совершенство. Лестница вниз – деградация. В геральдике, лестница ведущая вверх, знак храбрости и бесстрашия. Как правило, количество ступеней также обладает символическим значением. В нашем случае их три.

Нумерология целая наука и мы туда не пойдём. Числа в символизме это не просто количественный показатель, а идея с индивидуальным характером. Причём существуют — философская, символическая и психологическая интерпретации одного и того же числа. Так вот, цифра 3. Троичность представляет собой интеллектуальный и духовный порядок, что в данном случае имеет непосредственное отношение к содержанию нашей книги.

Вообще-то, как вы уже поняли весь изобразительный ряд это ещё одно прочтение этой книги. Три символизирует духовный синтез, это формула творения каждого из миров. Это число связано с базовыми принципами и выражает самодостаточность или возрастание «единства в самом себе». И в конечном счёте ассоциируется с глубинным понятием Троицы. В психологической трактовке, число три обозначает биологический синтез, рождение ребёнка и разрешение дуалистического конфликта.

Закончить этот пост я хочу рассказом ещё об одном элементе дверного проёма – так называемом замковом камне, который находится в зените сферической арки.   Камень, как материал является символом бытия, означает прочность и гармоническое примирение с самим собой. Твёрдость и надёжность камня всегда впечатляли людей как противостояние упадку и смерти, как противоположность пыли и песку – продуктам разрушения. Камень может быть круглым, раздробленным, обработанным – всё важно, поскольку несёт в себе символическое значение.

Во всех культурах он несёт мистическую и религиозную нагрузку, так как очень часто является продуктом вулканической, читай огненной деятельности. Или метеоритом – небесным пришельцем. Взять например известный метеорит Кааба, находящийся в одном из храмов Мекки. Я не буду перечислять все страны и культуры в которых камни имеют культовое значение.

А философский камень алхимиков? Он представляет собой “соединение” противоположностей и в итоге он символ “Всего”. У нас же на замковом камне находится изображение “Энергетической машины”. Это двенадцатиконечная звезда с внутренним и внешним кругом. 12 – апостольское число. Оно символизирует космический порядок, и спасение, соответствует числу знаков Зодиака и всем двенадцатеричным циклам. С ним связаны понятия пространства и времени, а так же колеса и круга. Все первые двенадцать цифр имеют отношение к духу: они сущности, архетипы и символы.

Например 12 это 1+2=3, называемое мистическим прибавлением, поскольку в данном случае вступает в силу традиционное значение каждого из чисел входящих в группу. Но это уже дебри нумерологии для больших любителей. Я думаю, более интересно само значение Звезды. Это свет, сияющий во тьме и являющийся символом духа. Поддерживает силы духа, выступающие против силы зла.

Символика звёзд, их смысл, зависит от формы, цвета и количества лучей. Пылающая звезда с обилием исходящих лучей, как мы наблюдаем в нашем случае, является символом мистического Центра – энергией расширяющейся вселенной. Во времена египетских иероглифов она означала “восхождение к началу” и образовывала часть таких слов, как “воспитывать”, “просвещать”, “учитель”. Что в контексте содержания нашей книги имеет точное определение.

Ещё хочу отметить, что в оригинальном начертании “Энергетическая машина” имеет абсолютно выверенную геометрию, основанную на данных гороскопа автора книги – Всеволода Татаринова.

Вот сколько планов содержит в себе Мир символов, мир который мы потеряли в погоне за научно-техническими приобретениями. Мне кажется, что от этих знаний мы с вами не стали бы хуже. Как знать, быть может то о чём я говорю поможет кому-то поменять свою “точку” зрения на “линию широкого горизонта». И наполнить каждые 24 часа ещё большим смыслом. Ведь линия это результат движения точки.

Следующий раз мы посмотрим что же находится за этой Дверью. До новых встреч и всем творческих успехов!


 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Охота пуще неволи

 Пришла пора заняться делом. Поскольку с момента написания последнего поста прошло три с половиной месяца. Три с половиной месяца проведённые на охоте.

Нет, я не егерем работаю, хотя в детстве была такая мечта. Просто люблю я это дело. За возможность общения с природой, за хорошую компанию и адреналин, кстати, полезный для мужчин моего возраста.

Но сегодня сезон закончен, охота закрыта, «война окончена — всем спасибо».

     

Теперь долгими зимними вечерами будем писать посты и  картины… В общем,  раскрашивать жизнь в самые разные цвета.


 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

La Destreza de la Vida — Высокое Мастерство Жизни

     Книга Всеволода Татаринова "La Destreza de la Vida" - Высокое Мастерство Жизни                                            «Когда я встречал взрослого, который казался мне разумней и понятливей других, я показывал ему свой рисунок № 1 — я его сохранил и всегда носил с собою.  Я хотел знать, вправду ли этот человек что-то понимает. Но все они отвечали мне: «Это шляпа». И я уже не говорил с ними ни об удавах, ни о джугнлях, ни о звёздах. Я применялся к их понятиям.   Я говорил с ними о игре в бридж и гольф, о политике и о галстуках. И взрослые были довольны, что познакомились с таким здравомыслящим человеком».

                             Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький Принц»

 

 

Ещё в ноябре на свет появилась книга Всеволода Татаринова «La Destreza de la Vida». В переводе с испанского – «Высокое Мастерство Жизни». Я имел честь помогать художественным оформлением, а также в качестве грузчика (совместно с автором).

Всё это было весело и интересно. Интересна и сама история создания этой книги. Кому любопытно идите на сайт “дестрезы”. Здесь же я расскажу о символическом контексте заложенном в оформлении этой книги.

Каждый человек с момента своего рождения попадает не только в конкретный, вещно-реальный мир, где каждая его часть, каждый элемент является именно этим, а не каким-то другим, но так же он попадает и в мир условностей, обозначений, символов и знаков.

Находясь в этих двух действительностях, каждый из нас поставлен перед объективной необходимостью в разных формах своей жизнедеятельности овладевать знаками и использовать их.

Я расскажу вам какую знаково-символическую основу несёт в себе изобразительный строй книги Всеволода Татаринова «La Destreza de la Vida» Идеей дестрезы проникнуто всё в этой книге. Геометрия и дисциплина, умноженная на философию.

Идея проста — ничего случайного. Формат в пропорциях чистого золотого сечения, цвета обложки – цвета испанского флага. Красный цвет для меня в данном случае совпадает с интерпретацией красного Василием Кандинским.

«Красный цвет как мы его себе представляем – безграничный характерно тёплый цвет; внутренне он действует, как очень живая, подвижная беспокойная краска, которая, однако, не имеет легкомысленного характера разбрасывающегося на все стороны жёлтого цвета, и, несмотря на всю энергию и интенсивность, производит определённое впечатление почти целеустремлённой необъятной мощи.

В этом кипении и горении – главным образом, внутри себя и очень мало во вне – наличествует так называемая мужская зрелость». Вот так ни больше, не меньше. Золотое тиснение на обложке, тоже не с бухты-барахты. Золото в индуистском учении понимается как каменный подземный свет. Латинское слово «золото» — aorum – совпадает с еврейским «свет» — aor.

Но вы только посмотрите на цитату Карла Юнга взятую им из книги алхимика М. Майера «Квадратура круга», где появление золота приписывается тому эффекту, что солнце, миллионы раз путешествуя вокруг земли, сплело вокруг неё золотые нити. Солнце – образ солнечного света и, следовательно, божественного разума.

И если образ солнца в человеке это – сердце, то в земле это золото. Следовательно, золото – символ всего высшего, достойного славы, символ «четвёртого состояния» после первых трёх – чёрного (грех и раскаяние), белого (прощение и невинность) и красного (очищение и страсть). Всякое золото и всё что сделано из золота, стремиться передать это качество своим утилитарным функциям. Хрисаор — магический золотой меч, символизирует высшую духовную решимость.

Золото также – существенный элемент символики спрятанного или ускользающего сокровища как иллюстрации плодов духа и высшего вдохновения. Как мне всё это нравится! Вообще мы хотели создать книгу в классическом её понимании, без использования современных полиграфических прибамбасов, или как сейчас говорят – коммерческих, продающих эффектов глянцевых журналов. Чтобы это была книга для спокойного вдумчивого комфортного чтения.

И в этом тоже есть определённый смысл. У каждой книги своя энергетика. Книга – один из восьми известных китайских символов, обозначает силу, защищающую от злых духов. Книга «исписанная изнутри и снаружи» — аллегория эзо – и экзотерического – в этом плане близка образу обоюдоострого меча, выступающего изо рта.

 Даже сам текст в книге набран классической антиквой. Каждая буква геометрически выстроена. Посмотрите на буквицу в начале каждой главы. Продукт чистой геометрии. В этом и есть идея «дестрезы». Ничего случайного. На каждой странице то ли шпаги, то ли стрелы. Стрелы же это оружие Аполлона и Дианы, означающее свет верховной силы. И в Греции и в доколумбовой Америке использовались для обозначения солнечных лучей. Символика оружия очень обширна, но в общей символике борьбы, которую ведёт герой, его оружие представляет противоположность чудовищам, с которыми ему надлежит сражаться. Трактование символики оружия подчёркивает так же его моральное значение – служить высшим целям духа. Юнг обобщает это так: «Оружие представляет собой выражение воли, направленной к определённой цели».

Но давайте пойдём дальше, и посмотрим на форзац книги, который напоминает средневековую гравюру. Я здесь не буду рассказывать о символике каждого элемента. В оригинале работа относится к разряду «уникальная графика», в том смысле что, выполнена непечатным способом в единственном экземпляре. Мокрым соусом, на бумаге. Да, именно коричневым соусом, и это не опечатка.

Этот материал имел широкое применение у художников эпохи Возрождения, но сейчас используется крайне редко. Короче говоря, этот материал времён расцвета “La Destreza”. Чтобы Вам было понятней он напоминает собой коричневый мел. Два форзаца в зеркальном отражении. Вы входите и выходите, побывав в совершенно другом измерении, живущем по иным законам. Законам успеха, здоровья и счастья.

И эта фантастическая Страна по которой мы путешествовали вместе с автором книги, присутствует в тексте в качестве фрагментов, некоей мозаики из которой складывается вся наша жизнь. Именно фрагментов, а не иллюстраций. Они взяты из общей картины в неизменном виде, являясь частью целого.

Глядя только на эти фрагменты совершенно невозможно представить целого. Имея только детали сложно увидеть общее. Создайте себе чудесную картину вашего будущего, подарите себе страну, тот мир к которому хочется стремиться. В деталях разберётесь потом.

Первый изобразительный фрагмент в этой книге «Бутон розы». Это не иллюстрация соседнего текста. Это начало, потенциал возможного, но пока закрытого на замок. Состояние предвкушения чего-то прекрасного, но скоротечного. Отдельная роза, является, в сущности, символом завершённости, полноты и совершенства. Но нет розы без шипов. Этот символ демонстрирует нам, что невозможно в этой жизни приумножить свои богатства, добиться удовольствий и признания без того, чтобы на другой чаше весов их не уравновешивали новые заботы, упорный труд, и не всегда комфортное состояние. И только, пройдя всё это возможно в полной мере достичь расцвета.

«Роза в полном расцвете, олицетворение открытого, благородного, щедрого сердца, сострадающего людям, и неравнодушия к человеческому несчастью. Щедрость, с которой оно изливает на окружающих свою любовь и внимание, представляет собой не только акт беззаветного великодушия, но также является результатом сердечной привязанности и страстной сочувственной нежности, которой наделены такие сердца».  В этом смысле распустившаяся роза ассоциируется с идеей мистического Центра, сердца, рая Данте.

 И каждый прочитавший эту книгу может взрастить в себе такое состояние. Когда всё Невозможное в этом мире становиться Реальным и жизнь становится истинным наслаждением. Ведь каждый из нас подобен цветку розы. И нет ничего случайного. Нужен только хороший Садовник…

Взгляните на небо. И спросите себя: «Жива ли та роза или её уже нет? Вдруг барашек её съел?» И Вы увидите всё станет по-другому…

   Литература: В. Кандинский «О  духовном в искусстве». Москва,»Архимед», 1992г.

«Мифы народов мира» энциклопедия в 2-х томах.  Москва, «Советская Энциклопедия», 1992г.

 Рудольф Кох — “Эмблемата” Москва, Ассоциация Духовного Единения «Золотой Век»,  1995 г.

 Х. Э.Керлот — “Словарь символов”. Москва,»REFL-book», 1994г.


 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники